ИСТОРИЯ РАДИО В ИМЕНАХ

От радиотелефона к радиовещанию

ПРЕДПОСЫЛКИ

Еще до того как в эфире прозвучали первые речевые сообщения, в семейных беседах, научных диспутах и в периодических изданиях обсуждалась возможность радиовещания. Кто-то пророчил беспроводному вещанию большое будущее, кто-то – быструю кончину. Большинство ученых и изобретателей, по всей видимости, не задумывалось о таком «пустом деле» как развлечение масс. К примеру, Маркони не особо интересовался применением радио в других областях, кроме надежной двусторонней коммерческой связи и безопасности судов на море. Вопреки высказываниям о гражданском радиовещании, Маркони полагал, что радио должно остаться служебным. Но время показало, что Маркони, как и ряд других изобретателей ошибались. Радио со своей многомиллионной аудиторией буквально через пару десятков лет стало ведущим средством распространения информации и развлекательной индустрией, в оборот которой потекли миллиарды долларов, фунтов, франков…

Попытки «доставки» в дома справочной информации и музыкальных передач осуществлялись еще с конца XIX века. В периодике тех лет встречаются упоминания о системах, которые впоследствии классифицировались как проводное вещание. Вероятней всего развитие проводных систем вещания происходило под влиянием телефонии Белла. Историческое значение ранних «негерцевских» систем в том, что они впервые предоставили общественности возможность информационного и развлекательного обслуживания, так сказать, «не выходя из дома».

В системе, запатентованной в 1881 г. французским изобретателем Клементом-Агнесом Адером (Clemen-Agnes Ader), микрофоны были установлены на краю театральной сцены и связаны со слушателями проводами. Согласно патенту «телефон позволяет передавать песни, музыку и речь в удаленные места (дома)».

Проводные системы вещания, как правило, основывались на принципах телефонии и использовали имеющиеся телефонные сети. Многие европейские столицы предлагали услуги передачи информации и развлекательного содержания по телефонным линиям. Такая система имелась в Париже. В Лондоне абоненты телефонной сети за 5–10 фунтов в год могли пользоваться двумя услугами: непосредственно телефонией и вещанием по телефону из концертных залов, мюзик-холлов, театров или церквей. Система функционировала с 1899 по 1925 гг. до распространения радиовещания, «убившего» проводные службы. В Будапеште с 1893 г. по телефону передавались новости, прогнозы погоды, биржевые сводки, лекции и музыка с 8 до 23 часов ежедневно.

 

РЕАЛИЗАЦИИ

В 1906 г. телеграфные операторы были очень удивлены, услышав среди атмосферных помех и «морзянки» звуки человеческого голоса. Первые удачные опыты с радиотелефонией вдохновили исследователей. Создание беспроводного телефона стало «идеей фикс» для множества ученых и изобретателей. Дальнейшее развитие радио разделилось на два направления: радио – как средство коммуникаций, и радио – как средство массовой информации и развлечения. И если с целесообразностью беспроводной телефонии все обстояло более или менее очевидно, то в области радиовещания вспыхнули ожесточенные споры. Некоторые аналитики того времени пророчили крах культуры, а вместе с тем и общества в связи с развитием радиовещания. По их мнению, изоляция людей в домах у радиоприемников сделает ненужными концерты в залах, театральные спектакли, спортивные мероприятия. Человечество лишится одного из важнейших средств коммуникации – живого общения. Другие рисовали мрачные картины идеологического давления на всех и на каждого (как показала история – небезосновательно). Но, тем не менее, уже ничто не могло остановить неумолимую поступь прогресса.


Детекторный приемник серии «Aeriola Junior» производства «Westinghouse Electric», 1921. Цена в июне 1921 г. – $25.

Сейчас редко кто вспоминает имя человека, который своим энтузиазмом открыл новую страницу в истории радио. Американский радиолюбитель Чарльз Дэвид Герольд (Charles David Herrold) с 1912 по 1917 гг. в городе Сан-Хосе (Калифорния) с помощью любительского передатчика вел в эфире регулярные программы музыки и речи, предназначенные для небольшой аудитории энтузиастов радио. Это было за 8 лет до рождения официального радиовещания. Его радиостанция замолчала в 1917 г. – в соответствии с правительственным постановлением все любительские радиостанции были закрыты из-за вступления США в первую мировую войну.

Началом официального регулярного радиовещания считается 1920 г., когда под руководством инженера «Westinghouse Electric Corporation» Фрэнка Конрада закончилась постройка первой вещательной радиостанции. Окончание строительства совпало с очередными президентскими выборами и 2-го ноября радиостанция KDKA в Питсбурге (шт. Пенсильвания) объявила, что очередным президентом Соединенных Штатов избран Уоррен Г.Хардинг (Warren G.Harding). Около 1000 слушателей могли принимать первую радиопередачу новостей.


Прием с помощью детекторного приемника первой радиовещательной передачи. Подпись под рисунком: «Мэри, выбран Хардинг!»

По мнению некоторых историков, первой в мире регулярной вещательной передачей был концерт Дороти Луттон (Dorothy Lutton), транслирующийся радиостанцией CFCF (Монреаль, Канада) 20 мая того же года. Но, как и в историческом споре Попов – Маркони, первенство отдается Питсбургской радиостанции.

Радио позволяло получать новости намного быстрее, чем это делали газеты. Имеющиеся в продаже наборы для сборки детекторных приемников были просты и недороги, что позволило радио получить широкое распространение в последующие годы. Для стимулирования продажи оборудования изготовители старались обеспечить привлекательность передач. Певцы, политические обозреватели, юмористы, оркестры приглашались для популяризации новых технических средств. Уже через год после первой регулярной радиопередачи по радио впервые освещались спортивные события: теннис, бокс и бейсбол. Эти репортажи, наряду с музыкальными программами, увеличивали развлекательную популярность радиовещания.


У радиоприемника. США, 1921 г.

Событие, происшедшее в истории радиовещания в 1922 г., у многих читателей вызовет гримасу отвращения. 28 августа, в 17:00 по нью-йоркскому времени в эфире прозвучало первое… рекламное объявление. В передаче расписывались достоинства и низкая стоимость квартир в «высотках Джексона» (Jackson Heights) на Лонг-Айленде (Long Island). Компания Queensboro купила у нью-йоркской радиостанции WBAY 10 минут эфира за 50 USD.

В 1926 г. число проданных радиоприемников в США достигло примерно 5 миллионов, и к середине 20-х годов радио было признано новой массовой культурой и активно развивающейся индустрией.


Студия американской радиостанции, конец 1920-х.

Листая страницы истории радио, нельзя не вспомнить о печальных моментах развития радиовещания. 30 января 1933 г. началась «коричневая» полоса в истории немецкого радио. Устное слово должно было помочь национал-социалистам завоевать не только Германию, но и весь мир. Девиз национал-социалистов гласил: «Радио в каждый дом!». Летом 1933 г. 28 ведущих радиофирм Германии в принудительном порядке должны были начать работы по созданию простого, дешевого и добротного радиоприемника. «Volksempfaenger» – «массовый приемник» – был рассчитан на прием лишь местных радиостанций. Ну а чтобы подстраховаться власти издали закон, по которому просто-напросто запрещалось прослушивание зарубежных «голосов». Нарушителям предъявлялось обвинение в измене родине и следовало наказание: концлагерь, тюрьма, исправительные работы.

Возможно, у некоторых читателей приведенные факты вызовут воспоминания не о далеких 30-х годах Германии, а о гораздо более позднем периоде в своем отечестве. Не все еще забыли, как по вечерам, одев наушники или прижав приемник к уху (чтобы не узнали соседи), сквозь треск помех и рев «глушилок» мы пытались услышать от различных «Голосов» и «Свобод» не то чтобы правду, но хотя бы альтернативу советской пропаганде.

Но вернемся в Германию. Народ подчинился, и число радиослушателей с 1933 по 1943 гг. возросло с 4 до 16 миллионов. Захватническая политика вермахта позволяла расширять сеть вещания за счет радиостанций на оккупированных территориях. К концу 1939 г. у Германии было уже более 35 радиоцентров мощностью до 150 кВт. Большая часть Европы была вынуждена слушать идеологические воззрения национал-социализма.
Мир осознал, что радиовещания – великая сила, и при умелом использовании может стать грозным оружием.

 

ДУГОВОЙ ТЕЛЕФОН, АУДИОН И ОПЕРА

Ли де Форест (Lee De Forest), 1873–1961

Говоря о развитии радиосвязи и радиовещания нельзя обойти вниманием во многом неоднозначную личность американского изобретателя Ли де Фореста. Десятилетиями Форест убеждал техническое сообщество в том, что именно он является «отцом радиотелефонии и радиовещания». Форест потратил миллионы долларов в судебных процессах о реальных и мнимых нарушениях его патентных прав. Прогорел при организации нескольких компаний. Обманывался партнерами. Был обвинен в мошенничестве, но впоследствии оправдан… Несмотря на «человеческие слабости» стоит признать, именно Форест внес наиболее значимый вклад в развитие голосового радио и радиовещания.

Ли де Форест родился и вырос в США. Там же получил высшее образование. В 1898 г. защитил диссертацию «Отражение волн Герца в конце двухпроводной линии» и удостоился степени доктора философии. Как дипломированный специалист Форест работал на несколько компаний в Чикаго, в том числе на «Western Electric».

Наибольшую известность де Форесту принесло изобретение 3-х электродной электронной вакуумной лампы – триода. В 1906 г. Форест добавил в вакуумный диод Флеминга управляющий электрод – сетку. Новая лампа получила название «аудион» и в качестве усилителя сигналов произвела подлинную революцию на заре развития голосового радио.

В своем варианте радиотелефона Форест использовал дуговые генераторы  Поулсена. Его первое важное изобретение заключалось во включении микрофона в цепь заземления. Это простое новшество с тех пор стало  использоваться фактически во всех дуговых телефонных передатчиках.

Форест был большим ценителем и любителем музыки, что, вероятно, стало предпосылкой к исследованиям в двух направлениях: совершенствовании связи для флота и в радиовещании. Первым заказчиком радиотелефона был американский флот. В связи с этим Форест писал: «В 1909 я производил радиотелефоны для флота США. Каждый набор был проверен с помощью записей фонографа. К моему удивлению, многие радиолюбители и профессиональные операторы наслаждались этими тестовыми передачами. Естественно, что мне пришла идея относительно радиовещания: привлекательная музыка и интересные программы могли передаваться в эфир, создавая спрос на беспроводное оборудование».


Аудион, 1906. Вверху внешний вид, внизу схема включения в радиоприемнике.

В 1907–1908 гг. Форест оборудовал головной корабль флота США «Огайо» и некоторые другие корабли дуговыми передатчиками и фонографами для трансляции во время плавания по всему миру. Получило широкий резонанс событие, когда в июне 1908 г., находясь на Западном побережье США, Форест с борта корабля транслировал музыку фонографа и осуществлял радиосвязь с Мэри-Айленд (Mare Island), Сан-Франциско. Радиооператор с корабля «Огайо» Герберт Менератти (Herbert J. Meneratti) в 1948 г. так описывал эти события: «…Мы регулярно транслировали музыку на радиостанцию Мэри-Айленд. В наших отчетах записано, что с 1 июня по 5 июля (1908) мы не пропустили ни один день без трансляции…».


Ли де Форест с приемником в руках во время демонстрации использования голосового радиосвязного оборудования на вакуумных электронных лампах на самолете, 1916.

Менератти объявил, что 12 января 1908 г. «Огайо» будет транслировать музыку на другие суда флота. Эту дату можно считать началом эры радиовещания.

Другая ранняя попытка «радиовещания» была связана с любовью Фореста к опере. Он всегда восхищался этой формой музыкального искусства, но считал, что опера предназначена для людей с достатком, т.е. для тех, кто мог себе позволить тратить время и деньги, чтобы посещать «живые» представления. По мнению Фореста, в будущем любой человек сможет приобщиться к опере, используя радио: «… Скоро станет возможно транслировать оперу передатчиками, установленными на крыше “Metropolitan Opera House”, на радиоприемники практически в любом доме Нью-Йорка и окрестностей... Посредством радио можно будет передавать церковную музыку, лекции и прочее...». Между 1907–1912 гг. Форест провел не менее 6 экспериментов по радиотрансляции оперных партий с использованием дугового передатчика.

В 20–30-е годы, когда радиовещание стало свершившимся фактом, многие изобретатели, включая Герольда и Фореста, упоминали в своих публикациях, что изначально развитие голосового радио не ставило целью трансляции развлекательной информации и музыки. «Если вы хотели привлечь спонсоров, если вы намеривались создать финансово-успешный бизнес, то должны были работать над радиотелефонией для служебной и коммерческой двусторонней связи, подобной проводной телефонии».

Имеется ряд свидетельств, что Форест раньше других высказывал идеи относительно использования радиотелефонии для вещательных целей. Во время «морских» экспериментов Форест писал в статье о радиотелефонии: «…Есть другая особенность изобретения… Передача музыки и других форм развлечения пассажирам, путешествующим на кораблях. Услуги этого вида можно организовать с помощью большого приемника так, чтобы все пассажиры собирались в большом салоне и могли слышать музыку или оперные выступления».

1900–1920 гг. были периодом разработки конкурирующих технологий для радиотелефонной связи. Искровые передатчики были отклонены как слишком шумные, генераторы переменного тока – как слишком дорогостоящие. Это было время дуговых генераторов Поулсена, доминировавших в разработках. В этот период изобретатели потратили массу сил и средств на совершенствование дуги как несущей голоса и музыки. Немало средств было потрачено на судебные разбирательства в попытках так или иначе обойти патентные права Поулсена. По иронии судьбы, человек, ответственный за защиту авторских прав систем Поулсена в Америке, Кирилл Элвил (Cyril Elwell) и созданная на патентных правах Поулсена компания «Federal Telegraph» долго отказывались от использования дуговых передатчиков для передачи голоса как непрактичных и вместо этого сосредоточили усилия на повышении дальности телеграфной связи.


DT-700 – «домашний» одноламповый радиоприемник производства «De Forest Radio Company» (вверху); двухламповый усилитель DT-800 для приемника DT-700, 1922 г.

Из-за жестких требований к микрофонам в дуговых схемах (большой проходящий ток) голосовые передатчики не позволяли выдавать большую мощность и, следовательно, имели малую дальность связи, что и ограничивало дальнейшее развитие «дуговой» радиотелефонии. К началу 1916 г. Форест наконец усовершенствовал аудион для основной задачи – генератора для радиотелефонии. В конце 1916 г. в Нью-Йорке Форест провел ряд экспериментальных радиопередач из «Columbia Phonograph Laboratories», отказавшись, наконец, от дуги и впервые используя в радиопередатчике аудион: «…Радиотелефонное оборудование состоит из двух больших колебательных электронных ламп, используемых в качестве генераторов высокой частоты. …Фонографические записи “Колумбийской лаборатории” с 38-й Западной улицы отчетливо принимались в гостинице “Астория”, за исключением нескольких прерываний мощной военно-морской радиоаппаратурой с Бруклинского рейда – периодически с музыкой прослушивалось штормовое предупреждение».

Несколькими месяцами позже Форест установил ламповый передатчик на нью-йоркский «High Bridge», откуда, как четырьмя годами позже радиостанция KDKA, осуществил попытку радиовещания. Это были президентские выборы ноября 1916 г. Газеты того времени писали: «…Американец из Нью-Йорка организовал частную радиолинию и объявлял сводки голосования каждый час… Семь тысяч “операторов радиоприемников” в радиусе 200 миль от Нью-Йорка принимали выборные сводки “Нью-йоркского американца”. Можно было слушать не только итоги выборов, но также музыку, транслируемую в перерывах между сводками». Эта «трансляция» стала наиболее значимым событием в развитии голосового радио до начала Первой мировой войны. Через несколько лет Форест в письмах Чарльзу Герольду, рассуждая о своих взглядах на радиовещание в 1916 году, писал: «…До тех пор, пока 3-х электродная электронная лампа не была достаточно усовершенствована, чтобы работать в качестве надежного генератора для голосовой связи, а усилитель на аудионе не мог использоваться в приемнике, попытки радиовещания были обречены на провал. В 1916 г., после того как мы научились изготавливать колебательные электронные лампы мощностью от 50 до 100 Вт, я начал регулярные ночные радиовещательные передачи с моей станции в “High Bridge” (Нью-Йорк). Эти передачи велись регулярно, пока федеральное правительство не приостановило работу всех гражданских радиостанций после вступления США в (первую) Мировую войну».

Если бы не война, из-за которой были прекращены все исследования по мирному применению радио, то, вероятнее всего, Форест, возбужденный интересом слушателей к радиовещанию, мог бы преуспеть в этом направлении и как минимум на 4 года опередить радиостанцию KDKA.


D-17 – двухламповый радиоприемник с рамочной антенной производства «De Forest Radio Company», 1924 г.

После войны Форест снова вернулся в эфир и возобновил радиовещание, о чем писал Герольду: «…Я возобновил работу (радиостанции) в декабре 1919 г., как только было снято правительственное запрещение. Федеральная инспекция Нью-Йорка ужесточила меры в отношении меня в феврале 1920 г. и аннулировала мою лицензию из-за того, что я переместил радиостанцию в центр города без разрешения. После чего я быстро перевез передатчик в Сан-Франциско и установил его во флигеле Калифорнийского театра, протянув антенну до крыши соседнего банка. Эта станция вела ежедневные передачи, передавая музыку театрального оркестра Вебера. Осенью того же года станция была перенесена в Беркли, где проработала еще около года».

Начиная с экспериментов с дуговым радиотелефоном для флота и заканчивая радиостанциями в «High Bridge» (1916) и в Сан-Франциско (1920), работы Фореста однозначно указывают на то, что он, как один из создателей голосовой связи, ясно осознавал возможности применения радио не только для телефонии, но и в качестве средства массового вещания.


Обложка январского 1947 года номера журнала «Radio Craft» практически полностью посвященного 40-летию изобретения Форестом электронной лампы и развитию ламповой техники.

Вакуумный триод на десятки лет обозначил путь развития радио и электроники и лишь в конце 60-х годов XX века стал постепенно вытесняться из электронных схем транзисторами и далее интегральными микросхемами. Стоит отметить, что, несмотря на развитие электроники, до сих пор в современных электронных устройствах встречаются электронные лампы – прямые потомки аудиона Фореста.

 

ПЕРВЫЙ ДИСК-ЖОКЕЙ

Чарльз Дэвид Герольд (Charles David Herrold), 1875–1948

«Современное радиовещание понимается как сообщение по радио сведений, передаваемых по предопределенному графику или программе», – так описал термин «радиовещание» пионер публикаций на тему радио Хью Гернсбэк (Hugo Gernsback) в журнале «Радио для всех». Позднее историк Джордж Кларк предложил квалифицировать передачу как радиовещательную, если ее выход в эфир и содержание заранее публично объявлено и если она рассчитана на «гражданскую аудиторию», которую Кларк охарактеризовал как «люди, не являющиеся экспериментаторами или радиолюбителями».

Еще в 1912 г. Чарльз Герольд в Сан-Хосе (штат Калифорния) объявлял о своих регулярных программах в местных газетах. Важным документом, подтверждающим факт заранее объявленного радиовещания в 1910 г., является нотариально заверенный отчет Герольда: «Мы провели беспроводные концерты фонографической музыки для любителей [радио] в Санта Кларе». И если слушателей Герольда в 1910 г. с большой натяжкой можно было рассматривать как «гражданскую аудиторию», то его ежедневные радиопрограммы в 1915 г. для посетителей Всемирной ярмарки в Сан-Франциско уже позволяли с уверенностью говорить о радиовещании, официальное признание которого произошло лишь в 1920 году.

Герольд назвал свою систему передачи «дугофон» и потратил массу сил и времени в попытках отмежеваться от уже существующих разработок – 6 патентов применения дугового генератора были оспорены представителями Поулсена. Первые официально-зарегистрированные вещательные передачи Герольд начал в 1912 г. Это были информационные, развлекательные и музыкальные программы, расписание которых нередко публиковалось в газетах. По сообщениям в периодике тех лет и из интервью с бывшими студентами профессора Герольда можно сделать выводы, что практически ежедневные опыты по радиовещанию он проводил с 1909 г. «…Для профессора Герольда подготовка оборудования по средам к 9 часам вечера была неизменным ритуалом. Он заранее готовил программы с текстами речей. Для слушателей его программы стали привычными и многие с нетерпением ожидали начала вещания» – вспоминал ассистент Герольда Портал.

Заслуга Герольда состоит в том, что он раньше других начал регулярные передачи развлекательных и информационных программ для широкой аудитории. Он фактически создал вещательную радиостанцию. И все-таки ни Герольд, ни кто-либо иной не стал единоличным основателем радиовещания. Многочисленные попытки использования радио в качестве развлекательного средства постепенно формировали новую культуру, которой в то время еще не придавалось должного значения. В прессе чаще обсуждались возможности использования радиотелефонии. В частности, 8 июля 1912 г. в передовой статье местного иллюстрированного издания «San Jose Mercury Herald» приведены рассуждения относительно перспектив коммерческого использования радиотелефона для двусторонней связи: «…Было бы возможно с помощью пяти радиотелефонных станций стоимостью не более $10 000 каждая, расположенных вдоль Атлантического побережья, иметь телефонную связь с каждым судном в пределах 1000 миль от берега. Если сообщение об этих поразительных разработках истинно, то никогда вновь не повторится такое бедствие, как трагедия в прошлом апреле [имеется в виду гибель Титаника]».


В эфире Чарльз Гарольд. Радиостанция «KQW», начало 1920-х.

Тем не менее, в том же ежедневном издании двумя неделями позже была помещена статья с отчетом о демонстрации для представителей прессы возможностей радиовещания. «В течение более двух часов они [Герольд и его ассистент Портал] вели передачу концерта из офиса мистера Герольда в здании городского банка. Передачу слушали на расстоянии многих миль. Музыку проигрывали на фонографе. Немедленно после проигрывания первой записи многочисленные любители из различных мест уведомили мистера Портала, что они слышали музыку с хорошим качеством. Мистер Портал прочитал список имеющихся пластинок и попросил слушателей сделать выбор. Один из них заказал “Мой старый дом в Кентукки” (My Old Kentucky Home), и пластинка была проиграна».

Несмотря на свои радиовещательные опыты основной целью Герольда, как он сам писал в одной из газетных статей, было «изобрести пригодную систему для двусторонней радиотелефонии и получить прибыль от ее изготовления». Спустя годы Герольд признал: «Вещание было нашей навязчивой идеей, и все Тихоокеанское побережье рассматривало радиопередачи из Сан-Хосе как организованное мероприятие. …Хотя те радиопередачи предназначались скорее для развлечения, чем для исследований…».

По мнению специалистов, даже если бы Герольд и попытался производить и продавать свою систему в виде «радиовещательного комплекса», то он непременно столкнулся бы с патентами либо Поулсена, либо Маркони.


Герольд (в центре) за работой на радиостанции KQW (ок. 1925).

Предложенные Герольдом варианты использования дугового передатчика, «конических катушек», микрофона с водяным охлаждением и включение его в «земляную» цепь – все это уже было изобретено. Значение деятельности Герольда не в изобретении новых устройств, а в их применении. Он одним из первых попытался использовать радио для развлечения, внеся свой вклад в формирование новой культуры – радиовещания.

 

«РАДИО-МУЗЫКАЛЬНАЯ ШКАТУЛКА», KDKA И ГОСТИНИЧНЫЕ ШТОРЫ

Фрэнк Конрад (Frank Conrad), 1874–1941

Дэвид Сарнов (David Sarnoff), 1891–1971

В 16 лет с семью классами образования Фрэнк Конрад был принят на работу в «Westinghouse Electric Company». Благодаря своим талантам в области механики в 23 года он был переведен в отдел испытаний компании. Здесь началась его активная изобретательская деятельность, итогом которой стали более 200 запатентованных изобретений. Среди них, в частности, счетчик расходуемой электроэнергии, который до сих пор применяется в быту. За новаторские разработки Конраду была присуждена степень доктора наук Питтсбургского университета. Он также был удостоен множества наград, среди которых наиболее значимая – Медаль Эдисона, вручаемая Американским институтом инженеров-электриков (IEEE). Но вернемся во второе десятилетие ХХ века. Уже была отработана система передачи и приема голоса. Эфир был заполнен многочисленными любительскими передатчиками. Идея публичного радиовещания витала в воздухе.

В 1912 году заинтригованный возможностью синхронизации часов по сигналам точного времени с радиостанции NAA военно-морской обсерватории в Арлингтоне (штат Виржиния) Фрэнк Конрад собрал первый радиоприемник. Дальнейшим развитием увлечения стало создание в своем гараже в 1916 г. радиостанции, сигналы которой можно было слышать в Питтсбурге и окрестностях. С этой радиостанции Конрад вел свои первые «вещательные» передачи. Быстро исчерпав запасы домашней фонотеки, Конрад заключил сделку с местным музыкальным магазином, по условиям которой магазин снабжал Конрада грамзаписями, а он, в свою очередь, рекламировал магазин в радиопередачах. По мнению некоторых историков, это был первый опыт коммерциализации радиовещания.

В 1916 г. Дэвид Сарнов, американец белорусского происхождения, в то время менеджер американского филиала компании Маркони, излагал широчайшие возможности и перспективы использования радио для приема концертов, лекций, событий национальной важности и освещения спортивных состязаний. Он просчитал, что если этот план осуществится, то можно будет ожидать продажи миллиона домашних радиоприемников – «радио-музыкальных шкатулок» («Radio Music Boxes») в течение трех лет на сумму 75 млн. долларов. (Стоит упомянуть, что некоторыми историками высказываются сомнения в принадлежности авторства идеи «радио-музыкальной шкатулки» Сарнову. Они полагают, что этот факт сфальсифицирован несколькими годами позже.)

Идея публичного вещания с целью стимулирования сбыта радиоприемников настолько заинтересовала руководство «Westinghouse» и в особенности вице-президента Дэвиса, что компания приняла решение создать собственную вещательную радиостанцию. Проектирование и строительство станции поручили Франку Конраду, к тому времени уже имевшему опыт любительского радиовещания.

2 ноября 1920 г. радиостанция KDKA передала в эфир результат президентских выборов, став «законодателем моды» на радиовещание, которой в самые ближайшие годы последовали США, а затем и весь мир. Этот день стал официальным «днем рождения» радиовещания. Сам же Конрад по иронии судьбы не присутствовал на исторической передаче – во время первой трансляции он находился в гараже возле своего передатчика на случай неполадок в передатчике KDKA...

Стоит вспомнить еще одну заслугу Конрада в области радио. В двадцатых годах прошлого века бытовало устойчивое мнение, что радиоволны с частотой более 1.5 МГц не могут использоваться в радиосвязи из-за сильного поглощения землей. Конрад опроверг это убеждение. Его эксперименты показали, что если направить излучение вверх, то часть энергии будет отражаться от ионизированного слоя атмосферы обратно к земле и может приниматься на определенном расстоянии. Причем до попадания энергии передатчика в приемник может происходить несколько отражений между землей и ионосферой, что существенно повышает дальность связи на КВ частотах. В 1924 г. на Лондонской конференции по вопросу организации радиолинии между Европой и Южной Америкой Конрад провел успешную демонстрацию достоинств коротких волн, принимая сигналы непосредственно из Питтсбурга. Отмечая это событие как важную веху в развитии международной радиосвязи, Конрад вспоминал: «…Я вел прием на небольшой коротковолновый приемник и установил, что используя прут от шторы в моем гостиничном номере в качестве антенны, я могу принимать Питтсбург в КВ диапазоне… Мы заранее условились, что питтсбургская радиостанция пошлет выдержки из газет кодом [Морзе]. Мистер Сарнов в качестве оператора около часа в моей спальне принимал информацию, объем которой был фактически идентичен объему сообщений, переданных за один день британской компанией Маркони. На следующий день, на очередном заседании, представленные выдержки из газет произвели эффект разорвавшейся бомбы… В то же время, успех нашей демонстрации вызвал некоторое беспокойство мистера Сарнова относительно миллионных проектов длинноволновых передатчиков, которые строились компанией RCA на Лонг-Айленде. По всей видимости, проблема была решена и строительство свернули. Коротковолновые передатчики заменили проектируемую длинноволновую систему».


Аппаратное помещение радиостанции KDKA, 1922.

Как и предполагалось, после первых официальных радиовещательных трансляций появился огромный спрос на радиоприемники. Сборка наборов детекторных приемников с намоткой катушек на коробки из-под завтрака и изготовлением конденсаторов из упаковочной фольги цветочных магазинов стало национальным времяпровождением в США. Производители оборудования не поспевали за спросом. Пророчества Сарнова относительно «радио-музыкальной шкатулки», которая должна стать необходимым предметом быта, сбылись. За 3 года (1922–1924) корпорацией «RCA» было продано бытовых радиоприемников на 83.5 млн. долларов. В 1930 Сарнов стал президентом «RCA».


«Радио-музыкальная шкатулка» – приемник «Radiola III» производства компании RCA, 1924 г.

В 1941 году, через неделю после смерти Конрада, по радио, которое он сделал частью массовой культуры, на весь мир транслировался запрос президента Рузвельта Конгрессу США с требованием объявить войну Японской империи. Тремя днями позже в прямом эфире Конгресс США обсуждал второй президентский запрос – об объявлении войны Германии и Италии. Радио, в том числе благодаря усилиям Конрада, стало средством массовой информации, которое позволяет услышать о событиях прежде, чем о них напишут.

Карта сайта